morning (the_morning_spb) wrote,
morning
the_morning_spb

Categories:

Екатеринбургская Императорская гранильная фабрика. Карта Франции.



На Всемирной выставке в Лондоне в 1851 году Россия поразила мировую общественность выдающимися произведениями отечественного искусства, красотой отечественных яшм и малахита, высоким мастерством исполнения изделий. И с каждой новой выставкой возрастал интерес к камнерезному искусству России, произведения которого считали за честь иметь самые знаменитые музеи мира.

Карта Франции была выполнена русскими камнерезами Екатеринбургской Императорской гранильной фабрики для всемирной выставки 1900 года в Париже. Работа над мозаичным полотном велась в 1897-1900 годах.

Для изготовления карты потребовалось 25 месяцев напряжённого труда всего коллектива Екатеринбургской гранильной фабрики, работавшего в три смены (за два года было только 15 праздничных дней). Изготовлялась она по проекту директора фабрики Василия Васильевича МОСТОВЕНКО (1850 - ок. 1917) и под его непосредственным наблюдением. Он требовал от мастеров особенно тонкой и тщательной работы. В своих воспоминаниях он пишет: «Я повредил себе глаза, наблюдая за пришлифовкой камней, которая была настолько плотная, что трудно было заметить соединения».




Для составления проекта из Франции было выписано несколько топографических карт, полученных в декабре 1897 г. После установления масштаба, был сделан проект карты на картоне, причём каждый департамент был окрашен в цвет камня, который предполагалось применить для его обозначения. Подбор красок потребовал большого количества вариантов, так как камни смежных департаментов должны были быть достаточно близкими по цвету и рисунку и в то же время контрастными, но без излишней пестроты карты в целом.

Карта представляет собою квадратную мраморную доску толщиною 8 см (2 вершка) и площадью 1 м2 (233/4 х 233/4 вершка), на которой 86 департаментов Франции набраны в виде мозаики из различных камней. В основном для этого использовались уральские яшмы (железистая, калканская, кофейная, кушкульдинская, николаевская, орская, сургучная, тунгатаровская, ямская), авантюрин, агат, кахолонг, сердолик, нефрит и шайтанский переливт. Этот мозаичный набор был обрамлён рамой с резьбой по углам, состоящей из четырех брусков полосатой николаевской яшмы; ширина бруска 3 вершка (12 см), длина 28 вершков (112 см).

«На карте уральскими самоцветами обозначены 106 городов. Для крупных городов использованы уникальные самоцветы: для Парижа – сиберит (красный турмалин), Лилля – фенакит, для Нанта – берилл, для Гавра и Марселя – изумруд, для Реймса – хризолит, для Руана – сапфир, для Лиона – турмалин, для Бордо – аквамарин, для Ниццы – гиацинт, для Шербура – александрит и для Тулона – хризоберилл. Более мелкие города отмечены аметистами, розовыми турмалинами, топазами и дымчатым горным хрусталём». (А.Е. ФЕРСМАН)



Все пограничные с Францией страны набраны калканской яшмой, а моря – фоминским мрамором. Реки и озёра показаны платиной, причём общая длина рек на карте составляет 750 см (302 дюйма). Все названия городов выполнены из золота.

Самоцветные камни и вставки платины укреплены посредством золотых штифтов, для чего потребовалось высверлить в мозаичном наборе 985 мелких отверстий. Пластинки твёрдых пород (яшмы и др.), обозначавших отдельные департаменты, укреплялись следующим образом: в мраморной доске делали борозды и в них заделывали легкоплавким сплавом особые металлические скобки, к которым зубным цементом прикрепляли каменную фанеру.

Правильная методика выполнения мозаичного набора была выработана только в процессе работы; так, для лучшего обозначения границ департаментов пришлось снимать тонкую фаску по контуру яшмовых пластин; такой фасет сразу же оживил карту, придав ей лёгкий рельеф. Тонкая пришлифовка извилистых границ представляла очень большие трудности.



Сборку карты производили на особом столе, который можно было наклонять в разные стороны.

Основной объём мозаичных работ (подбор материала, нарезка, обточка, подгонка, полировка и снятие фасок с деталей) был выполнен в течение 1898 года. Подгонка окружавших Францию морей и океанов и окончательная сборка на основе (мраморной плите) велись уже в следующем, 1899 году. Тогда же карта получила роскошную раму – профиль из николаевской тёмно-серой узорчатой яшмы, с серебряными накладками в виде веточек лавра с листьями и плодами.

Подбирал камни и участвовал в изготовлении карты знаменитый уральский горщик Данила Кондратьевич ЗВЕРЕВ (1858-1938).



Превосходное панно привлекло внимание участников и посетителей Всемирной выставки – как французов, так и иностранцев, и позволило оценить возможности и талант мастеров шлифовального и ювелирного русского искусства. Об этом шедевре были опубликованы десятки хвалебных статей. Один из обозревателей выставки писал: «В одном из зданий на площади Инвалидов огромная толпа всегда стоит перед картою Франции, исполненною в Екатеринбурге из уральских драгоценных каменьев. Карта вделана в раму из серой яшмы и имеет вид квадрата в 1 1/2 аршина ширины и длины (примерно 97 сантиметров). Окружающее Францию море представлено пластинками светло-серого мрамора, а отдельные департаменты – яшмами разного цвета...»

Всемирная Парижская выставка 1900 года стала триумфом Екатеринбургской гранильной фабрики: карта получила высшую награду, а её автор и директор фабрики В.В. Мостовенко – Командорский крест Почётного легиона.

Карта предназначалась в подарок французской республике. «Уникальный шедевр камнерезного искусства перенесли в Лувр, где он стал достопримечательностью. Ныне это прославленное произведение искусства демонстрируется в Музее геодезии и картографии Франции в замке Компьени под Парижем». (Э.А. ФИЛИППОВА)



Сегодня в Екатеринбурге, в Музее истории камнерезного и ювелирного искусства выставлена копия карты, сделанная мастерами ЖУКОВЫМ, УСТЬЯНЦЕВЫМ и КАЗАНЕНКО. Над нею они, как и предшественники, трудились 2 года. Вместо платиновых рек сделаны серебряные, несколько крупных бриллиантов заменены на фионитовые, рама выполнена из дерева.



Подробности о работе над картой и акте дарения дошли до нас в мемуарах директора Екатеринбургской гранильной фабрики Василия Васильевича МОСТОВЕНКО, написанных в 1911 году:

«Летом 1897 года Управляющий Кабинетом спросил, что я буду делать для выставки 1900 года в Париже. Я ответил: вазы и все подобные изделия уже набили оскомину, предлагаю сделать из разных камней карту, но какой страны, не сказал. Управляющий предложил мне подать о том рапорт, который я и писал ему, кажется в июле, из Ялты. Просматривая карту России, я не нашел возможности исполнить её целиком. Контуры выходили безобразными, ибо Сибирь далеко распространилась на восток, да и средне-азиатские владения портили фигуру. Получалось что-то вроде Пифагорова костюма. Сделать же одну Европейскую Россию, по фигуре подходящую к фигуре Франции, считал недопустимым, потому и остановился на карте Франции, ведь оно и прилично, предполагая, что это изделие останется во Франции, и ещё потому, что тогда было увлечение этим государством, ожидались от союза с этой страной великие и богатые милости.

По возвращении из Крыма я не получил ответа на мой рапорт, но все же, зная порядки, начал резать камни и вообще подготовляться к карте.

Прошло пять месяцев, и вот 1 января 1898 года получил телеграмму от Управляющего: приступить к работе карты, во всем согласно моего рапорта, вести работы усиленно, дабы карта была окончена к открытию Выставки. Выписал из Парижа разных карт и, выбрав подходящую, написал о присылке ещё пяти таковых же. В полученном же экземпляре раскрасил акварелью департаменты под цвет яшм, наклеил на картон и разрезал на части, отделив конечно, каждый департамент один от другого. Чтобы избежать пестроты, пришлось несколько раз перекрашивать карту, да и заменять одну яшму другою, более подходящую к соседней.

Карту решили сделать так; департаменты из разных яшм, прилегающие государства – Бельгию, Германию, Италию и Испанию – из калканской яшмы, море из волнистого мрамора, реки из платины, города – из драгоценных камней, надписи – из золота и раму – с угловатым украшением из Николаевской яшмы.

Размер карты: один метр в свету, то есть, кроме карты, ширина брусьев рамы четырнадцать сантиметров, так что вся карта имела один метр и двадцать сантиметров. Карта квадратная. Вес – сорок девять пудов.



Тогда сделали фацеты, теперь департаменты резко разграничивались. Карта стала живее и имела плоский вид. Громадный труд был в пришлифовке департаментов, особенно – пришлифовывать границы Германии, длинные и фигуристые. Хотя все прилегающие к Франции государства исполнены из целых кусков калканской яшмы, но все же я рискнул отделить фацетами Эльзас и Лотарингию от остальной Германии. Теперь это кстати, а тогда я получил от генералов с немецкими фамилиями несколько замечаний и даже упреков в незнании географии. Хотя я рискнул отделить Эльзас и Лотарингию от остальной Германии фацетом, французам уже на выставке этого показалось мало, они писали мне и печатали открытые письма, требовали объяснений, зачем я Эльзас и Лотарингию сделал из чёрного мрамора. Эти ведь корреспонденты по простоте душевной думали, что вся карта собрана из мрамора, а надо бы сделать Эльзас и Лотарингию из цветных камней Франции. Зачем я на этих государствах поместил буквы A и G, входящие в состав слова ALLEMAGNE. Просили заменить этот обижающий их камень другим.

Изрезав много мрамора, я добился того, что получил иллюзию волн.

Для сборки карты был устроен особенный стол, допускавший наклон столешницы во все стороны, что значительно облегчало сборку. Основанием карты служила мраморная доска, двух вершков толщиною, на которой вырублены борозды, а к частям карты (департаменты) были прикреплены на зубной цемент скобки. В борозды (замки) помещались скобки департаментов и заливали легкоплавким сплавом. Для укрепления надписей, рек, вставок драгоценных камней, обозначающих названия городов, высверливались дырки в яшме, а к платине и золоту припаивались золотые штифтики, и все это укреплялось сплавом.

При сборке постигла неудача: прикрепив три департамента на северо-западе, мы собрали всю карту, и оказалось, что Испания отошла на целый дюйм от Франции. Тогда на эти департаменты поставили электрические утюги, вытопили легкосплавный сплав и собрали всю карту, но не заливали сплавом. Затем вынули два департамента и приставили (прилили) Атлантический океан и снова вставили два департамента. Вышло удачно. После сборка пошла легче: вынимали по очереди департаменты и приливали соседние.

Для прочности к нижней поверхности мраморной доски приделаны две массивные стальные полосы, на которых высверлены дыры с винтовою нарезкою для крюков при подъёме карты и для прикрепления её к укупорочному ящику. Между этою доскою и ящиком была проложена толстая резина.

Драгоценные камни выбирались особо тщательно. Припомню некоторые: Париж обозначен сиберитом (красный турмалин). Сиберит этот принимают за рубин, настолько он хорош. Шербур – александритом. Марсель – великолепным изумрудом, который я купил у мастера-гранильщика, а тот его приобрёл у башкира, работавшего на Изумрудных копях. Сей башкир, видимо, украл камень, проглотив его, и носил в утробе пять суток; кристалл оказался настолько велик, что вторичное появление его на свет божий произошло при помощи доктора. Из кристалла выгранено две большие вставки и много малых. Не помню, какой город изображен гиацинтом. С этим камнем мы повозились: укрепили в карту, и он лопнул, пришлось искать новые камни. Из найденных лучшим заменили лопнувший, наконец этот устоял. Гиацинты мастера проваривают в масле, поэтому они часто и лопаются.

Работа карты производилась на три смены, при сверхурочных работах, оплачиваемых не скупо: рабочие получали много, и материальное положение их заметно улучшилось. Я же повредил себе глаза, наблюдая за разными пришлифовками, которые вышли настолько плотными, что трудно было заметить соединения. В продолжении работы карты мы праздновали только пятнадцать дней.

Один из департаментов лопнул, но счастливо, ибо я потом и не нашел который. В середине одного департамента оказался маленький департамент, названия которого я так и не узнал, но мне сказали, что в этом департаменте родился президент ЛУБЭ.

Ко дню открытия выставки карта не была готова, а в отделе, в котором карта должна была стоять, был полнейший хаос. Посему и мне повелено было передать карту президенту, как подарок царя французскому народу в день открытия выставки. Задача.

Стал подыскивать помещение. Нашёл в Русском отделе зало в царских теремах. Зал большой и совершенно пустой, да и отдел почти полный, так что президент хотел его осматривать. Опять притча: высота зала пять с половиной аршин, а витрина семь аршин. Решил соорудить мольберт, декорировать его шкурами белого медведя, благо даром дали на подержание, и на них положить карту. Вышло очень красиво. Как ассистентов, по бокам поставили двух русских матросов-адонисов.

После ухода ЛУБЭ из отдела нахлынула публика. Тут я в первый раз услыхал, как восторгаются южане, и наслушался разных похвал.

Предполагал тотчас же увезти карту в отдел около Инвалидов, но публика не допустила, и только вечером я с трудом её снял и перевёз. Поместив карту в витрину, я, наконец, окончательно сдал её французскому правительству.

Оригинальное отношение к карте: привезя её в Париж, я не знал, куда её положить. Мне предложили поместить её в конюшне князя ТЕНИШЕВА, главного комиссара выставки. Не имея другого помещения, я оставил карту там. Князь Тенишев потом требовал, чтобы я карту убрал, ибо он боится, что она может сгореть. Я тогда обратился к послу, прося его взять карту в свой дворец, но он замахал руками и наотрез отказался. Поместить же её в отделе я не мог. Там шла усиленная работа, таскали тяжёлые экспонаты, и карту, наверное, бы изломали. Так она и пролежала в конюшне.

Французское правительство, получив от меня карту, немедленно поставило охрану из трех гвардейцев (гардиенов). Оценили её французы в шесть миллионов франков и после Выставки поставили в Лувр, в залу ЛЮДОВИКА XIII. О карте издано несколько брошюр, особенно интересна одна на английском языке и со многими рисунками. За карту я получил командорский крест Почётного Легиона, а фабрика – высшую награду».



По материалам:
Ферсман А.Е. Очерки по истории камня: В 2 т. Т.2 – М.: ТЕРРА – Книжный клуб, 2003. – 336 с, 48 с. ил.
Филиппова Э.А. История создания панно «Карта СССР» // Кафедра. Сб. науч. ст. в 2-х ч. – СПб.: ООО «Р-КОПИ», 2015. – № 16. – С. 250-266.
Злоказов Л. Семёнов В. В Екатеринбурге проездом – по службе и волею обстоятельств. Французы в Екатеринбурге // Урал. – 2002. – № 6.
Фотографии
Tags: 1900-е, XIX век, Александрит, Аметист, Горный хрусталь, Декоративно-прикладное искусство, Изумруд, Камни, Карты/планы/чертежи, МОСТОВЕНКО Василий Васильевич, Мозаика, Мрамор, Орден Почётного легиона, ПРОКУДИН-ГОРСКИЙ Сергей Михайлович, Париж, Топаз, Турмалин, Фотография XIX-нач.XX века, Франция, Яшма
Subscribe

Featured Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments