Елена (the_morning_spb) wrote,
Елена
the_morning_spb

Никита Пустосвят.

► ПЕРОВ Василий Григорьевич (1833-1882) «Никита Пустосвят. Спор о вере». 1880-1881 гг.
Холст, масло. 336,5 х 512 см.
Государственная Третьяковская галерея, Москва.




В 1682 г. бывший суздальский священник и противник церковной реформы патриарха НИКОНА Никита Константинович ДОБРЫНИН выдвинулся в первые ряды стрелецкого восстания («хованщины»). Сторонники старого обряда, по смерти ФЕОДОРА АЛЕКСЕЕВИЧА, задумали, опираясь на стрельцов, восстановить «древлее благочестие». 23 июня он вместе со «старцами» и стрелецкими выборными пришёл во дворец с требованием созвать Собор для разбора челобитной. Царевна СОФЬЯ АЛЕКСЕЕВНА и патриарх ИОАКИМ согласились устроить диспут.

Главным действующим лицом диспута, состоявшегося 5 июля в Грановитой палате, стал Никита ДОБРЫНИН. Власти были представлены царевнами СОФЬЕЙ АЛЕКСЕЕВНОЙ, МАРИЕЙ АЛЕКСЕЕВНОЙ, ТАТЬЯНОЙ МИХАЙЛОВНОЙ, вдовствующей царицей НАТАЛИЕЙ КИРИЛЛОВНОЙ, патриархом ИОАКИМОМ, архиереями.

Диспут проходил бурно. На картине изображена кульминация спора, где веские аргументы уже не имеют значения перед лицом грубой силы. В центре – сам НИКИТА, который в ярости наступает на лежащее на полу Евангелие, рядом с ним монах СЕРГИЙ с челобитной, на полу – АФАНАСИЙ, архиепископ Холмогорский, на щеке которого Никита «запечатлел крест». В гневе встала с трона царевна СОФЬЯ, раздражённая дерзостью раскольников.

На прениях не пришли ни к какому результату. После чтения челобитной было решено продолжить прения 7 июля. ДОБРЫНИН и его единомышленники, выходя из Грановитой палаты, говорили собравшемуся народу о своей победе. Однако 7 июля стрельцы, принявшие сторону СОФЬИ АЛЕКСЕЕВНЫ, отказались от защиты «старой веры» и выдали его. 11 июля «за оскорбление царского величества» Никита Добрынин был казнён в Москве на Лобном месте, а его соратники разосланы по монастырям. Старообрядцы признали Никиту «столпом правоверия». Православные иерархи отзывались о нём как о грубом, вредном и невежественном расколоучителе, дав прозвище «Пустосвят».

Николай Семёнович ЛЕСКОВ о расколе и Никите Пустосвяте:

«Вы хотите знать моё мнение о картине ПЕРОВА с точки зрения человека, несколько разумеющего историю раскола. Я полагаю, что с этой точки картина «Никита Пустосвят» представляет собой удивительный факт художественного проникновения.

Раскол у нас считали, а многие до сих пор считают, исключительным делом тёмных фанатиков, с одной стороны, и упрямых церковников – с другой. Те будто о пустяках начали спорить, а эти и пустяков не хотели уступить. И выходит как будто так, что будь столпы господствующей церкви податливее, то раскола у нас бы и совсем не было.

...С этим человеком уже нечего и не о чем говорить, – ему нужны не уступки, мирящие совесть верующих, а ему нужны распря и бой за преобладание его партии. Он один и вождь, и политик всего движения. Фанатики с ним, конечно, есть, и чрезвычайно типичные, очень похожие на идолопоклонников; но это все хвост, который Никита может откинуть в какую ему угодно сторону. Пусть они тычут вверх иконы и книги, но он всё это может «замирить», если захочет.

Всех безжалостнее и спокойнее стоят за своими аналоями иноки. Два из них ещё что-то доказывают, но очень спокойно, а третий справа уже приумолк. Он задумался и, выслушав доводы и уступки, не знает, стоит ли о чём дальше спорить? И не о чем, действительно, было бы спорить, если бы это было дело церковное, а не дело партии придворных интриганов, которые выпускали таких бойцов, как Никита. Всё было подогреваемо ими и без них всё пришло бы к тому покою, в котором смежил свои уста инок, стоящий справа за аналоем.

В этих трёх фигурах, в НИКИТЕ, в СОФЬЕ и в умолкшем иноке, читается вся драма. Оробевший и, по-видимому, дрожащий патриарх, пересеменивающий слабой рукой по цепи своей Панагии, репрезентует церковь. Авторитетная власть без всякой силы животворящей идеи. Её можно и не брать в расчёт.

Понимают дело только уставший монах, Никита да Софья. Монаху все равно, что сделать, – он пойдёт, где «трапезнее», к староверам или к нововерам. Правительство, в лице Софьи, яснее всех видит, что интрига затеяла с ним долгую распрю и осенила её священным стягом веры».
Tags: XVII век, Голицын Василий Васильевич, Голицыны, Государственная Третьяковская галерея, Духовенство, Живопись 1880-х, Живопись вт. пол. XIX в., Интерьер дворцовый, Книги, Лесков Николай Семёнович, Мария (дочь Алексея Михайловича), Москва/область, Московский Кремль/Красная площадь, Наталья Кирилловна (жена Алексея I), ПЕРОВ Василий Григорьевич, Патриарх Иоаким, Патриарх Никон, Русские хоромы и палаты, Русское царство, Св. Николай Мирликийский/храмы, Свечи, Софья Алексеевна, Старообрядчество, Страшный суд (икона), Татьяна (дочь Михаила Фёдоровича)
Subscribe

Posts from This Journal “Старообрядчество” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments