Елена (the_morning_spb) wrote,
Елена
the_morning_spb

Просим не допустить передачу Исаакиевского собора и храма Спаса на крови в ведение РПЦ

Подписать петицию: https://www.change.org/p/%D0%BD%D0%B5-%D0%B4%D0%BE%D0%BF%D1%83%D1%81%D1%82%D0%B8%D0%BC-%D0%BF%D0%B5%D1%80%D0%B5%D0%B4%D0%B0%D1%87%D1%83-%D0%B8%D1%81%D0%B0%D0%B0%D0%BA%D0%B8%D0%B5%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B3%D0%BE-%D1%81%D0%BE%D0%B1%D0%BE%D1%80%D0%B0-%D0%B8-%D1%85%D1%80%D0%B0%D0%BC%D0%B0-%D1%81%D0%BF%D0%B0%D1%81%D0%B0-%D0%BD%D0%B0-%D0%BA%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%B8-%D0%B2-%D0%B2%D0%B5%D0%B4%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B5-%D1%80%D0%BF%D1%86?source_location=petitions_share_skip

«К вопросу о недопустимости передачи Исаакиевского собора
Санкт-Петербургской епархии»

Обозначенное в обращении к губернатору Г.С. Полтавченко стремление митрополита Варсонофия получить в ведение Петербургской епархии Русской православной церкви Московского патриархата Исаакиевский собор, вызвав широкое общественное обсуждение, до сих пор, однако, не нашло какого бы то ни было отклика в музейной среде города и всей страны. Многие средства массовой информации, рассказывая о сложившейся ситуации, представляют дело как спор двух хозяйствующих субъектов за здание храма, в то время как на самом деле реализация идеи главы епархии станет означать ликвидацию одного из субъектов – уничтожение музея. Самая постановка такого вопроса в XXI веке и отсутствие внятной и однозначной реакции со стороны отечественного и международного музейного сообщества не только удивительны сами по себе, но свидетельствуют о необходимости дать ясное представление об истории управления Исаакиевским собором в XIX – начале XX вв., тем самым показав необоснованность претензий митрополита, и рассказать о причинах и путях музеефикации памятника в 1920–1930-е годы, подчеркнув значение музея для всего культурного пространства Ленинграда-Петербурга. Это попытка прорвать странную тишину, сковавшую музейный мир сегодня.

После освящения Исаакия в 1858 году управление им продолжала осуществлять ведавшая возведением храма Комиссия о построении Исаакиевского собора, которая получала средства на поддержание здания из Государственного казначейства. С 1864 года заведование собором перешло Главноуправляющему путями сообщения и публичными зданиями, а с 1878 года – Министерству внутренних дел. Образованное для управления храмом техническо-художественное совещание под председательством специального инспектора получало финансирование за счет средств министерства, и лишь причт собора содержался из ассигнований по смете Синода. Таким образом, содержание и надзор за состоянием храма в имперской России входили в круг обязанностей государственных гражданских, а не религиозных институтов, здание рассматривалось как общенародное достояние, как памятник, требующий государственной опеки, а не только как церковь.

Революционные события привнесли изменения и в жизнь Исаакиевского собора. На рубеже 1917–1918 гг. управление храмом формально перешло к Народному комиссариату государственных имуществ РСФСР (с июля 1918 года – к Наркомпросу), в реальности здание оказалось в ведении приходской общины, не имевшей достаточных денежных средств для его поддержания.

В то же время охватившая страну после публикации Декрета об отделении церкви от государства и школы от церкви череда мероприятий по национализации церковного имущества поставила перед научной общественностью вопрос о необходимости скорейшей музеефикации церковных памятников. В 1919 – начале 1920-х гг. создаются первые музеи-монастыри (в Троице-Сергиевой лавре, в Тихвинском и Симоновом монастырях) и музеи-храмы (Петропавловский собор-музей в Петрограде). Члены Общества «Старый Петербург», стремясь сохранить выдающиеся памятники прошлого, в 1923-1924 гг. в переписке с руководителями городских ведомств сформулировали основной принцип музеефикации культовой архитектуры – музеефицировать «не отдельные, случайно сохранившиеся части памятника, но сохранять его целиком, как полноценный ансамбль, каким он был задуман и осуществлен, и каким только и сохраняет свое художественное и историческое значение…». Необходимость сберечь церковные памятники в их целостности ясно осознавал начальник Ленинградского отделения Центральных государственных реставрационных мастерских А.П. УДАЛЕНКОВ. Именно он в 1925 году, обратив внимание на аварийное состояние, в которое пришёл Исаакиевский собор (протечки, плесень на стенах и т.п.) под руководством сменявших друг друга настоятелей из числа так называемых «обновленцев» (представителей православной церкви, горячо приветствовавших советскую власть и активно сотрудничавших с её органами), выступил идеологом музеефикации храма. Подчёркивая, что церковная община «не способствует сохранению здания собора», ровно 90 лет назад А.П. Удаленков писал: «Ремонт и поддержание таких художественно-исторических архитектурных памятников мирового значения как Исаакиевский и Смольный соборы посильны только государству».

В соответствии с постановлением ВЦИК от 18 июня 1928 года, здание Исаакиевского собора было передано в исключительное пользование Главного управления научными, научно-художественными и музейными учреждениями (Главнауки) Народного комиссариата просвещения «в качестве музейного памятника». Подготовить экспозицию для открытия будущего музея в здании должны были сотрудники Ленинградских государственных реставрационных мастерских во главе с А.П. Удаленковым. Из нескольких ленинградских музеев в Исаакий были переданы экспонаты, связанные с историей строительства храма и именами его создателей. Они и сегодня составляют фонды музея-памятника (одних только чертежей – 96, а ещё скульптурные портреты, макеты, мозаики). Начались и неотложные реставрационные работы, руководство которыми взял на себя архитектор Н.П. НИКИТИН, в 1939 году опубликовавший блестящее исследование по истории проектирования и строительства храма. В 1931 году в здании стал действовать «Государственный антирелигиозный музей (бывший Исаакиевский собор)», «гвоздём» экспозиции которого являлась демонстрация маятника Фуко, что, без сомнения, способствовало росту общего уровня культуры населения. Но основная заслуга созданного музея в сохранении самого здания собора, в проведении научно-исследовательских и реставрационных работ. Так, в 1934 году директор музея Н.Н. ГЛЕБОВ привлёк к реставрации малахитовых колонн главного иконостаса собора брата своей жены, выдающегося русского художника-авангардиста П.Н. ФИЛОНОВА, остро нуждавшегося в тот период. Художник делал гипсовые вставки в местах утрат малахитовых пластин и закрашивал их зелёной краской. П.Н. Филонов умрёт в блокадном Ленинграде, Н.Н. Глебова арестуют в 1938-м, через десять лет он погибнет в лагере – судьба музейщиков, пытавшихся хоть как-то сохранить величественный памятник архитектуры в то непростое время.

Поистине героические усилия для того, чтобы сберечь убранство Исаакия, пришлось приложить сотрудникам разместившегося в здании в июле 1941 года Объединённого хозяйства музеев, созданного для сохранения во время начавшейся Великой Отечественной войны произведений искусства из пригородных дворцов-музеев. В зале собора в дощатых и фанерных ящиках были сложены вывезенные из-под Ленинграда музейные ценности, а в подвалах жили научные сотрудники и хранители – из Петергофа, Павловска, Гатчины – Е.И. ЛЕДИНКИНА, М.И. ТИХОМИРОВА, А.И. ЗЕЛЕНОВА, С.Н. БАЛАЕВА. «Громадное неотапливаемое здание собора зимой промерзало насквозь, а к весне отпотевало так, что вода каплями выступала на внутренних стенах и колоннах, струйками сбегала вниз, образуя на каменном полу непросыхающие лужи. В этой сырости должны были пережить войну ткани, мебель, ковры, живопись и многое другое, не переносящее влаги. Так мощные стены Исаакия, оберегавшие произведения искусства, одновременно несли в себе и угрозу их гибели. С этой угрозой обязаны были бороться музейные сотрудники». Они вскрывали ящики, распаковывали и проветривали, просушивали экспонаты, упаковывали обратно, сверяя содержание каждого ящика с имевшимися описями. Это был тяжёлый труд, обеспечивший в конечном итоге само существование пригородных музеев-заповедников. И тем страннее сегодня, когда угроза уничтожения нависла над музеем «Исаакиевский собор», молчание представителей пригородных дворцов-музеев.

В послевоенный период профиль и статус музея в Исаакиевском соборе, потребовавшем почти 20 лет на кропотливую реставрацию, были пересмотрены. С 1970 года в здании действует как самостоятельная единица государственный музей-памятник «Исаакиевский собор». Этот статус позволяет проводить дорогостоящие реставрационные работы на основе архивных документов с привлечением максимально широкого круга специалистов; вести научно-исследовательскую и, главное, просветительскую работу, подчёркивая в ходе обзорных и тематических экскурсий значение собора для развития архитектуры Петербурга и русского искусства в целом; обеспечивать свободный доступ для всех категорий посетителей, вне зависимости от их религиозной принадлежности, для ознакомления с подлинной жемчужиной отечественного искусства XIX столетия. Предметы и коллекции музея «Исаакиевский собор» включены в состав Музейного фонда Российской Федерации, действие федерального закона о передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения на такого рода имущество не распространяется.

Роль музея «Исаакиевский собор», спасшего величественное здание от гибели после краткого периода церковного («обновленческого») управления и сохраняющего его сегодня, трудно переоценить. Ликвидация музея недопустима, нечто подобное произошло прежде только в 1948 году, когда был уничтожен Государственный музей нового западного искусства, это было мрачное время сталинщины. Повторения пройденного допускать нельзя.

О.А. Любезников, кандидат исторических наук,
ГБУК ГМП «Исаакиевский собор»

Музей Исаакиевский собор – это музей величия русской культуры XIX в.

10 января с.г. губернатор Санкт-Петербурга заявил о передаче Исаакиевского собора РПЦ. Тем самым фактически ликвидируется историко-художественный музей, созданный еще в 1928 г. Несмотря на утверждение губернатора о сохранении за зданием "музейной функции", для каждого связанного с музейным делом человека очевидно, что подмена полноценного музея некой музейной функцией едва ли может быть признана начинаем, отвечающим интересам культуры. Музей – не экскурсионная площадка. Музей – это сложная система взаимообусловленных функций, которые просто не могут существовать изолированно. Нельзя проводить экскурсию, не зная, что ты показываешь, а для этого нужна научно-исследовательская деятельность. Нельзя показывать, не думая о том, как размещены предметы и какие комплексы они составляют, а для этого нужна экспозиционно-выставочная деятельность. Нельзя показывать, не будучи уверенным, что показываемый объект изолирован от процессов разрушения и распада, а для этого нужна реставрационная деятельность. Наконец, нельзя использовать предмет в процессе коммуникации, не зная, где он находится и как его отыскать в хранилище, а для этого нужна фондовая деятельность. Именно поэтому все разговоры о музейной функции демонстрируют только лишь слабое знание музейного дела и со стороны тех, кто решает сейчас судьбу памятника, и со стороны тех, кто так стремится получить его в безвозмездное пользование.

Имея статус памятника с 1935 г. Исаакиевский собор представляет собой чрезвычайно сложное архитектурно-художественное единство, включающее 103 настенные росписи, 52 съемные работы, выполненные маслом на холсте, более 300 скульптур и 62 мозаики. Сохранение памятника такой сложности - чрезвычайно кропотливый труд, требующий значительных интеллектуальных и финансовых вложений. В настоящее время это возможно благодаря высокопрофессиональному коллективу и значительным средствам, которые сам музей и зарабатывает. Как этот вопрос будет решаться в дальнейшем - совершенно неясно. В сложившихся условиях, более чем оправданным кажется обеспокоенность за судьбу памятника. Не менее проблематичной кажется и судьба научно-просветительской деятельности, связанной с ним. Министр культуры РФ В.Р. Мединский на недавней пресс-конференции заявил, что «Собор должен стать еще более доступным для граждан»

Доступность же памятника означает отнюдь не только отмену входной платы, но и доступность интеллектуальную. И ее как раз в первую очередь. Отменить билеты, открыть двери – самое простое, что можно сделать. Но и самое неэффективное. Необходимо еще и сделать доступным интеллектуально В настоящее время интеллектуальная доступность осуществляется коллективом Экскурсионно-методического сектора музея, который в построении и реализации экскурсии исходит из общекультурных предпосылок, одинаково близких представителям всех сообществ многонациональной и многоконфессиональной России, а так же многочисленным иностранным посетителям. Эти экскурсии проводятся от имени Культуры – единой и многообразной. В недавнем телеобсуждении бурную радость участников вызвала неочевидность ответа на вопрос – музеем чего Исаакиевский собор является. Они пришли к выводу, что он «музей самого себя» и весело посмеялись над этим. Этот смех опять же выказывал простое незнание предмета обсуждения. Музей Исаакиевский собор – это музей величия русской культуры XIX в., открытой для влияний извне и хранящей собственные национальные традиции. Не про стены и росписи рассказывает этот музей, а про то, что француз Монферран, участвовавший в Наполеоновских войнах, после падения Императора, нашел новый дом в России и здесь смог реализовать свой талант. Про то, что испанец Бетанкур именно в Россию эмигрировал от французских интервентов и здесь стоял у истоков профессиональной подготовки инженеров. Про то, что потомок французских гугенотов Брюллов и итальянец Бруни именно здесь создали шедевры академической живописи. А выходец из крепостных крестьян Максим Салин за свое мастерство резчика не только получил вольную, но и был зачислен на обучение в Академию художеств. Исаакиевский собор – это музей открытости и достижений Русской культуры. Но таковым он становится только тогда, когда его экспонаты оживляются выверенной и профессиональной речью музейного работника. Сам по себе памятник не работает. Именно поэтому экскурсионное обслуживание включено в стоимость входного билета. Без него – без этого рассказа – ни о какой доступности памятника речи быть просто не может. Без него будет лишь «богато и много золота» или «благолепно и умилительно». А ни то, ни другое к культуре отношения не имеет. Нет сомнений в том, что деятельность планируемого Церковного экскурсионного бюро будет конфессионально маркированной и априори направленной на представителей одной лишь группы интересов. В этом ли доступность, за которую так ратует Министр культуры? Ровно наоборот.
В.Г. Ананьев, кандидат исторических наук,
ГБУК ГМП «Исаакиевский собор»
Tags: ГБУК ГМП «ИСААКИЕВСКИЙ СОБОР» - НОВОСТИ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 26 comments