morning (the_morning_spb) wrote,
morning
the_morning_spb

10 картин эпохи династии Каджаров в Государственном Эрмитаже

Каджары (в России — принцы Персидские) — династия, основанная предводителем тюркского племени каджаров Ага-Мухаммед-хан Каджаром и правившая Ираном с 1795 по 1925 год.

► Михр-Али.
Портрет сидящего Фатх-Али-шаха. 1813-1813 гг., Иран. Холст, масло. 253 х 118 см.
Портрет стоящего Фатх-Али-шаха. 1809-1810 гг., Иран. Холст, масло. 253 х 124 см.
Государственный Эрмитаж, Зимний дворец, зал 393.



Фетх Али-Шах (1772-1834) — второй шах Ирана династии Каджаров, правил с 1797 по 1834. Фатх-Али-шах - один из самых известных в России персидских монархов. В годы его царствования шли русско-иранские войны (1804-1813 и 1826-1828) и произошло нападение на русскую миссию в Тегеране в 1829 г., приведшее к трагической гибели А.С. Грибоедова.

Изображение могущественного правителя в высокой короне и парадном облачении, сидящего на ковре с подушкой за спиной, является типом парадного портрета, преобладающего в живописи Ирана с XVI в. Придворный художник Михр-Али написал этот портрет в 1229 г., согласно мусульманскому лунному календарю, что соответствует 1813-1814 гг. христианского летоисчисления. В правой руке у Фатх-Али-шаха – булава (символ царской власти), перед ним на ковре лежит ещё одна регалия – сабля. Фигура Фатх-Али-шаха в ярко-красном одеянии, расшитом жемчугом и каменьями, контрастно выделяется на фоне пейзажа за окном.

Справа вверху помещены надписи. В медальоне: «Султан Фатх-Али-шах Каджар», в прямоугольном картуше стихи: «Это портрет шахиншаха, обитателя небес, Или же (это) восход солнца и образ луны?».

На втором портрете Фатх-Али-шах представлен, согласно европейской традиции парадного портрета, во весь рост на фоне тёмной стены, украшенной резной панелью. В его правой руке – скипетр, увенчанный фигурой удода, вещей птицы царя Соломона, упомянутой в Коране. Роскошное парадное облачение шаха включает высокую корону с тремя плюмажами из перьев чёрной цапли (символ царского достоинства), платье из светло-жёлтого шелка, саблю, пояс, бозубанды (нарукавники) и скипетр, усыпанный жемчугом и изумрудами.

Наверху справа медальон с надписью: «Султан Фатх-Али-шах Каджар». Под медальоном в прямоугольном картуше – стихи, повествующие о том, что сам Аллах «изобразил этого знаменитого монарха».

► «Женщина с диадемой». Иран, сер. XIX в. Холст, масло, клеевые краски. 150 x 89 см.
Государственный Эрмитаж, зал 394.



Это одна из серии картин, представляющих придворных красавиц и предназначавшихся для убранства дворца иранского правителя. Дама в прозрачной накидке изображена на фоне окна, почти закрытого тёмно-красной завесой. Слева тщательно выписана изящная колонна со сложной капителью.

Одежда и причёска женщины говорят о времени создания картины. В годы правления Мухаммад-шаха (1834-1848) усиливается проникновение в Иран европейской культуры, в частности моды. Иранские дамы начинают носить очень широкую юбку, напоминающую европейский кринолин. Такая юбка сочеталась с типичными для придворного иранского одеяния деталями: шёлковой прозрачной кофточкой и надеваемым поверх неё архалуком с длинными рукавами. Между краем рубашки и юбкой виднелось обнажённое тело. Естественно, такой фривольный костюм красавицы гарема носили только во дворце. Голова дамы украшена диадемой с большим эгретом. Точно такую же диадему она держит в руках, окрашенных, согласно восточной традиции, в красный цвет хной.

К середине XIX в. иранские художники освоили европейские техники живописи. Складки пышной юбки, к примеру, проработаны тональными клеевыми красками. Масло художник использует только для детальной передачи узорчатой каймы подола юбки, манжет кофточки и драгоценностей.

► «Мальчик с розой» и «Мальчик с соколом». Иран, кон. XVIII в. Холст, масло.


На первой картине на зеленовато-синем фоне – поясное изображение мальчика, держащего в руке розу. Прекрасный отрок изображён в высокой конусообразной шапке из узорчатой ткани. Длинные чёрные локоны, подведённые брови и ресницы, окрашенные хной руки – все это признаки биришей («бириш» – безбородый), т.е. мальчиков женственного облика, которые содержались наряду с красавицами в гаремах иранских правителей.

По свидетельству главы французского посольства Ф. Совебефа, прибывшего в Иран в 1785 г., персы и персиянки в то время носили рубашки без воротника с разрезом спереди, окаймлённые чёрной тканью, и маленькие жакеты со вставкой на груди, открытые до самого пояса.

Этот идеализированный портрет гаремного мальчика был задуман как парный к изображению бириша, на его правой руке которого сидит, изящно приподняв крылья, ручной сокол. Фигуры юношей зеркально повторяют друг друга. Картины были задуманы для убранства стен одного из дворцовых залов и исполнены, возможно, тегеранским придворным художником.

Несмотря на заимствования некоторых элементов западноевропейского искусства, в конце XVIII в. ещё была очень сильна традиция средневековой миниатюрной живописи, что проявилось в плоскостной трактовке пространства и форм, использовании ярких локальных цветов, придании важной роли орнаменту. В изображении одежд живописец проявляет больше интереса к разнообразию узоров тканей, чем к передаче их фактуры.

► Иранский художник пер. пол. XIX в. «Сражение персов с русскими». Ок. 1815-1816 гг., Иран.
Холст, масло. 230 х 395 см.
Государственный Эрмитаж, Зимний дворец, зал 393.



Огромное полотно посвящено не характерному для хода русско-иранских войн эпизоду. Возможно, здесь изображено поражение русского Троицкого пехотного полка в битве при Султанабаде у реки Аракс, происшедшей 13 февраля 1812 г.

В левой половине картины во главе персидских войск – сын Фатх-Али-шаха наследный принц Аббас-мирза (в голубом кафтане на гнедом коне). Правой рукой он указывает на отрубленные головы врагов.

Само сражение представлено в правой части композиции: бой кипит на территории русского военного лагеря. На знамёнах русского полка художник неумело изобразил двуглавого орла государственного герба Российской империи. Лагерь окружён группами иранских солдат в европейских мундирах с персидскими знамёнами, на которых на фоне восходящего солнца изображён лев, держащий в лапе саблю.

В центре картины верхом на коне едет английский офицер – один из тех, кто реорганизовывал персидскую армию по европейскому образцу. Победе над одним русским полком придано значение большого исторического события. Полотно входило в убранство Уджанского замка Аббаса-мирзы, откуда в 1828 г. в качестве военного трофея было привезено в Зимний дворец Санкт-Петербурга.

► Иранский художник пер. пол. XIX в. «Смотр персидских войск Фатх-Али-шахом». Ок. 1815-1816 гг., Иран.
Холст, масло. 203 х 415 см.
Государственный Эрмитаж, Зимний дворец, зал 393.



На огромном полотне выполнена многофигурная композиция, показывающая реальное событие, происшедшее в Уджанской долине в июле 1813 г. Наследный принц Аббас-мирза представляет своему отцу Фатх-Али-шаху реорганизованную по европейскому образцу английскими и французскими инструкторами регулярную армию.

В верхней половине картины, левее центра, в красном одеянии выделяется всадник – сам Фатх-Али-шах. У ног его коня – распростёртая на земле фигура в розовом Аббас-мирзы. Правитель самой важной и богатой провинции Ирана – Азербайджана, наследный принц Аббас-мирза делает самый большой поклон, которым подобало чествовать только шаха в особенных случаях.

Шах и его многочисленная свита готовы проехать между шеренгами построенных солдат в мундирах европейского типа. У правого края картины показаны музыканты верхом на верблюдах, левее – всадники, ведущие лошадей в нарядных попонах. Далее – в два ряда идут восемь знатных юношей в головных уборах с перьями. Это скороходы, всегда сопровождающие выезд правителя и расчищающие ему путь. Справа, у верхнего среза полотна, изображены в чалмах и халатах улемы (богословы и законоведы). Рядом – группа людей совершает ритуал заклания баранов.

Картина входила в убранство Уджанского замка Аббаса-мирзы, откуда в 1828 г. в качестве военного трофея была привезена в Зимний дворец Санкт-Петербурга.

► «Танцовщица с кастаньетами». Иран, первая четверть XIX в.
Холст, масло. 158 x 90 см.



На фоне ярко-голубого неба в проёме открытого окна изображена танцующая под стук кастаньет черноволосая красавица. Образ её сопоставим с прекрасной Лейли из поэмы иранского поэта XII в. Низами: «Разубрана, как куколка, стройна, Как кипарис, прелестна, как луна...».

На танцовщице сложное одеяние: поверх кофты с длинными рукавами надет архалук из коричневого бархата. Талия стянута массивным поясом, через большую круглую бляху которого пропущен красный шарф с голубым набивным узором. Рукава кофты, плечи архалука, низ очень широких шальвар расшиты жемчугом и изумрудами, составляющими геометрический орнамент. На голове девушки – маленькая круглая шапочка, кокетливо сдвинутая, согласно моде, набок. На темени – так называемая джига из чёрных перьев, которая скреплена ниткой жемчуга. Наклон головы, жест рук, развевающиеся концы широкого шарфа, широкий шаг босых ног подчёркивают движение придворной танцовщицы.

► «Влюблённые». Иран, нач. XIX в.
Холст, масло. 131,5 x 77 см.



В начале XIX в. придворные художники Ирана обычно изображали любовную пару сидящей в подушках на ковре. Фигуры обнимающихся девушки и юноши композиционно показаны как одно целое, словно два плода на одной ветке, лежащие перед ними. Идеализированные, похожие лица влюбленных совершенно бесстрастны и обращены не друг к другу, а к зрителю.

Картина воспринимается как нарядное панно, затканное узорочьем пёстрых тканей одежд персонажей, ковра и подушки в розах. Первоначально это полотно украшало один из дворцовых залов, и его размеры соответствовали конфигурации ниши с закруглёнными верхними углами. Позднее формат картины был изменён, верхняя часть прямоугольного полотна дописана.

► «Женщина с розой». Иран, первая четверть XIX в.


На фоне открытого окна с поднятой завесой запечатлена одна из затворниц гарема иранского правителя, красота которой сопоставима с образом Лейли из знаменитой поэмы Низами «Лейли и Меджнун»: «Шалунья! Взмах одних её ресниц Пронзает сердце, повергает ниц... Румянец, родинки, сурьма очей – Все станет завтра звездами ночей...»

Изящными жестами рук, окрашенных, согласно традиции, в красный цвет хной, дама кокетливо держит розу и стаканчик шербета. Художник подробно запечатлел своеобразие придворного женского одеяния первой четверти XIX в. Прозрачная кисейная рубашка «пирохан», сквозь прорезь которой просвечивает обнажённое тело, сочетается с кофтой из типично иранской полосатой ткани. Чрезвычайно широкие тёмные шальвары сплошь покрыты тканым повторяющимся узором. Рисунок и складки ткани переданы плоскостно, что характерно для иранской масляной живописи раннекаджарского периода.

Мастерство тегеранских художников, работавших в первой четверти XIX столетия при дворе династии Каджаров, выражалось в скрупулёзной передаче деталей одеяний и натюрморта. В этой картине восхищает прозрачность мазков, с помощью которых переданы складки ниспадающего воздушного шарфика и молочного цвета стекло штофа.

Источник
Tags: XIX век, Батальный жанр, ГЭ, Жемчуг, Живопись 1800-х, Живопись 1810-х, Живопись кон. XVIII в., Живопись п.п. XIX в., Живопись сер. XIX в., Иран/Персия, Лошади, Портрет, Розы, Русско-персидские войны
Subscribe

Featured Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments